Уникальная операция. Аня снова дышит! - отделение детской торакальной хирургии в Москве
Отделение Научная работа Практическая деятельность Медиа Консультации Контакты

Отделение детской торакальной хирургии и хирургической гастроэнтерологии ДГКБ №13 имени Н.Ф.Филатова

Новости

4 ноября 2015 года

Уникальная операция. Аня снова дышит!

Екатерина Селезнева держит дочку Аню на руках. Девочка больше недели назад перенесла сложнейшую операцию — ей расширили дыхательную трубку. Лечащий врач малышки Никита Степаненко, осмотрев ее, сделал вывод: через неделю пациентку можно уже выписывать.4 ноября наш журналист навестила уникальную пациентку Детской городской клинической больницы № 13 имени Филатова. Девочка с одним легким и сердцем на правой стороне перенесла сложнейшую операцию и готовится к выписке.

Трехлетняя Аня Селезнева поправляет рюшку на майке светло-малинового цвета. Но след от медицинского пластыря все равно виден — он ровной линией проходит от горла к грудной клетке и прячется за розовыми рюшами. На шее у девочки на тонкой белой веревочке висит крошечный крестик. Волосы заплетены в две косички, на кончиках — разноцветные банты.Мама Екатерина расческой проводит по густой челке дочери. Аня камеры не боится, улыбается нашему фотографу. К повышенному интересу в больнице она привыкла, ведь ее случай действительно уникальный.Слово «уникальный» девочка слышит чуть ли не каждый день: и от врачей, и от друзей, и от родственников. Аня родилась с одним легким и сердцем, расположенным с правой стороны.Больше недели назад ей провели сложнейшую операцию.Аня не могла нормально дышать, и без вмешательства хирургов было не обойтись. Ребенку был поставлен диагноз «стеноострахия» — дыхательная трубка у нее была по размеру, как у новорожденного.— Это очень редкая патология, в год регистрируют всего несколько подобных случаев в Москве, — рассказывает лечащий врач маленькой пациентки Никита Степаненко.Еще пять лет назад все дети с такими отклонениями умирали. Лечение стало возможным благодаря инновационному решению врачей Филатовской больницы.— Во время операции мы использовали аппарат экстракорпоральной мембранной оксигенации (ЭКМО), он похож на реанимационный аппарат искусственных легких, искусственного кровообращения, — объясняет Степаненко.И используя эту сложную технологию, Ане буквально перешили трахею: врачи расширили дыхательную трубку, и теперь девочка может нормально дышать.— Но вы должны понимать, высокие технологии — это лишь малая часть успешной операции. Мало иметь уникальный аппарат, нужны уникальные руки, — заверяет врач и тут же добавляет:— Вы на меня не смотрите, я на этой операции ассистировал, а проводил ее главный детский хирург Москвы Александр Разумовский.— А где же эти самые «уникальные руки»? — спрашиваю.— К сожалению, в отъезде, — извиняется Степаненко.Оказывается, Александр Разумовский сейчас в Крыму. Окунулся с головой. Правда, не в Черное море, а в хирургическое сообщество.— Я провожу лекции по детской хирургии, общаюсь с медиками, — отвечает по телефону Разумовский.— И как там, в Крыму, с детской хирургией?— Трудолюбивые, добрые, профессиональные врачи. Готовые обучаться. Я являюсь президентом Российской ассоциации детских хирургов, мы объединяем всех детских хирургов нашей страны. И мы с радостью приняли севастопольских медиков в нашу дружную хирургическую семью. У нас разработаны программы по обмену опытом, эти же хирурги приезжают в Москву на дополнительное обучение.Автор: Из архиваГлавный детский хирург Москвы Александр Разумовский[Главный детский хирург Москвы Александр Разумовский]— А наши столичные медики, получается, проходят дополнительное обучение за границей?— Конечно, мы знакомы с опытом зарубежных хирургов, регулярно обмениваемся знаниями. Но, должен сказать, сейчас московская хирургия делает очень многое. И у нас тоже есть чему поучиться.— Как раз эта операция по расширению дыхательной трубки...— Да, мы одни из первых в мире, кто использовал такой подход. Мы сделали ей пластику трахеи, большой участок которой был поражен. Кроме того, у девочки одно легкое, и это значительно усложняло выполнение вмешательства.С помощью этого аппарата мы не останавливали сердце пациентки. Этот аппарат работал по принципу искусственного кровообращения. Используя эту сложную технологию, мы полностью перешили всю трахею. Аня будет абсолютно здоровым ребенком. Это уже девятая операция, которую мы проводим подобным образом.Сама операция длилась около трех часов, прошла успешно, это вы сами, наверное, видите.— А севастопольским хирургам вы про нее рассказывали?— Разумеется. Я повторюсь: врачи должны постоянно совершенствовать свои навыки, обновлять знания, следить за тем, какие новые методы лечения открываются и в нашей стране, и в мире.Я благодарю Александра Разумовского за разговор и возвращаюсь в палату к нашей маленькой героине. Ане делают уколы.— Мне не больно и не страшно, — опережает мои вопросы девочка.— Конечно, не страшно, ты же у нас звезда, Ань? — отвлекает девочку от уколов медсестра Александра Болдырева.Аня смущается, поворачивается к маме и уже не замечает, как в шприце медленно исчезает лекарство. Ну вот и все.— Как вам здесь? Вроде бы в палате атмосфера небольничная, картины приятные, — интересуюсь я мнением Екатерины.— Это правда. И врачи занимаются действительно своим делом — детьми. Некоторых мам, правда, приходится успокаивать, но я считаю, что это неправильно.— Вы держитесь очень стойко, — восхищаюсь я мамой Ани.— Знаете же про эффект плацебо? Я уверена, что нужно и себя правильно настроить, и дочку. Она ведь чувствует, когда родители нервничают.Теперь Аня делает ингаляцию и смотрит в окно. На подоконнике у Ани ее личная коллекция маленьких свинок с непропорционально большими, мультяшными носами и любимая кукла. Чуть подальше — объемный рисунок солнца: Аня любит делать аппликации, собирать большие пазлы и… танцевать.— Говорят, что через недельку нас выпишут, — передает слова врача мама девочки Екатерина.— Только через неделю? — спрашиваю я Никиту Степаненко.— Всего лишь через неделю, — поправляет меня специалист. — Раньше период реабилитации проходил куда дольше, но теперь за счет современных технологий мы выписываем пациентов быстрее. И еще один важный момент: мы намного быстрее и точнее ставим диагнозы, у нас расширились возможности, появились новые методы, с наименьшим вредом для пациента, это малоинвазивные методики лечения и диагностики.После операции девочка больше не будет бояться сделать лишний шаг — ведь пока физические нагрузки ей противопоказаны.Но, по прогнозам врачей, Аня сможет и танцевать, и спортом заниматься — просто нужно будет следить за здоровьем.— Саша, Даша и Миша, — перечисляет Аня своих друзей, которые ждут ее из больницы. — А еще дедушка со смешными усами, бабушка и толстый кот.Аня сначала улыбается глазами. Будто предупреждает: сейчас я буду смеяться.Возможно, пять лет назад кто-то бы и не поверил, но вот она, девочка с уникальным сердцем и одним легким, со сложной патологией, после высокотехнологичной операции. Сидит на кушетке, смеется, готовится поехать домой.ПРЯМАЯ РЕЧЬАнтонина Чубарова, главный врач детской клинической больницы № 13 имени Филатова:- Проведение операций при тяжелых пороках развития легких, сердца, грудной клетки и брюшной полости в нашей больнице давно является одним из приоритетных направлений работы. Мы принимаем самых тяжелых детей и добиваемся успехов благодаря новаторским технологиям, внедренным нашими хирургами, реаниматологами, неонатологами.Новаторство в медицине вообще возможно только на основании выверенного научного подхода, изучения передового мирового опыта, большого опыта проведения нестандартных операций, поскольку речь идет о жизни ребенка. Наличие кафедр Российского национального медицинского исследовательского университета на базе больницы, совместная работа в рамках университетских клиник позволяют выбирать самые уникальные инновационные технологии и идти дальше зарубежных коллег.СПРАВКАВсего в Филатовской больнице в год проводится 14 тысяч операций. В клинике проводятся операции эндоскопическими методами лечения тех случаев, которые ранее считались показанием к открытым операциям — например, объемные образования грудной клетки, тяжелые пороки легких. Филатовская детская больница всегда являлась российским и по некоторым направлениям мировым лидером детской хирургии, анестезиологии и реаниматологии. Коллектив хирургов и реаниматологов Филатовской больницы во главе с профессором Александром Разумовским получил премию «Призвание» за использование аппарата экстракорпоральной мембранной оксигенации (ЭКМО). В Европе до сих пор лишь единичные центры проводят лечение детей с использованием этой аппаратуры, а проведение операций в этих условиях является абсолютным новаторством. Первая в Москве и вторая в России детская больница открылась 6 декабря 1842 года. Об этом ходатайствовали врачи столицы.Подробнее: http://www.vm.ru/news/2015/11/04/unikalnaya-operatsiya-anya-snova-dishit-302087.html

Обратная связь

Ваше имя *
Ваш e-mail *
Ваш вопрос *
Цифры на изображении *